Итак, мозговой штурм, осуществленный вот тут, привел к результату!
Позволю себе перепостить коммент, резюмирующий наши совместные поиски:

Noson:
Декабрь 4, 2008 at 11:55 дп e
Вот оно волшебное слово «Механизьм», которое включает мой мозг. Так вот. Тут упоминалась «трясучка» которая возникает от трусости. Трясение это вибрация. Вибрация настроенная в резонанс с объектом страха позволяет высвободить энергию, а потом направить её в нужное русло. Чудесный инструмент. Но при одном условии. Концентрация на объекте страха. А при созерцании собственного пупка, мы концентрируемся на себе. А вибрация уже идет и колебания настраиваются на резонанс, только на резонанс с собой. Резонанс разрушительное явление, происходящее с выделением энергии, от разрушаемого объекта. Т.е. когда мы правильно настраиваем колебания они разрушают страх и дают энергию, взрыва, для совершения действия. А когда не правильно то происходит внутренний хлоп с выбросом энергии, в окружающую среду. «те, кто посмелей, урожай и собирают.» т.е. собирают они как раз эту энергию и пускают её в дело.

Т.е., трусость – это не сам механизм, а результат работы механизма, генерящего энергию для прорыва, – смелости, отваги?
И к этому вспоминается, что бесстрашие – вовсе не смелость. Для смелости нужен страх, или она не включается.

Самым распространенным объяснением отсутствия действия является сомнение в собственных силах. Словно сомнение – внешний фактор, не поддающийся контролю. Однако, сомнение не только не фактор, внешний, или внутренний, не зависящий от того, кому надлежит действовать. Сомнение само по себе есть действие. Причем, действие, отменяющие другое действие.
Т.е., да, сомнение есть помеха действию задуманному якобы. Но, мы же осознаем это сомнение? Мы осознаем его в момент самого сомнения. Более того, мы его … совершаем, потому что, едва возникает необходимость действовать определенным образом, мы обращаемся внутрь себя в поисках сомнения. Т.е., сомнение – действие осознанное, задуманное, желанное.
Так что, формула «я не могу действовать, потому что сомневаюсь в собственных силах, способностях» звучит настолько же оправдательно, насколько прозвучит, например, «я не могу вскопать землю, потому что я нарочно запер лопату в сарай, а ключ бросил в реку».
Само по себе сомнение предназначено природой вовсе не для такой глупости, как мешать новому для нас действию. Сомнение нужно для того, чтоб, остановившись на минуту, перепроверить, все ли самое необходимое для действия готово. И еще, сомнение дает нам ту самую короткую паузу, которая позволяет еще раз окинуть взором модель действия и убедиться, что план хорош и своевременен. Особенно ценен этот инструмент для тех, у кого не хватает терпения.

Неприятие – полезный инструмент, позволяющий выделить в мире помехи своему внутреннему процессу. Инструмент, подпитывающийся от интуиции.
Беда в том, что инструмент этот у многих людей совершенно разболтан и работает не по назначению, создавая помехи любому процессу, вместо того, чтоб помогать процессу, главному на данный момент. Разболтанное неприятие то заставляет останавливаться и сворачивать в сторону там, где нужно двигаться вперед. Разболтанное неприятие заставляет рушить то, что необходимо другим процессам.
Однако, отладить и настроить этот инструмент несложно. Достаточно включить анализ. Собственно, анализ к неприятию должен бы быть подключен по умолчанию, но у многих он отключается вручную еще в детстве с установкой маленькой левой приблуды «мало ли, что не хочется, но это надо!». Нужно подключить заново анализ и не следовать неприятию в тех случаях, когда (по здравому размышлению) оно сигнализирует о вещах посторонних, к процессу не относящихся вовсе.
А когда сигнал относится к процессу? Что делать тогда? А вот тогда вовсе не нужно сразу громить помеху. Помеху нужно быстренько рассмотреть (ключевое слово – быстренько), понять, откуда она возникла, что тут делает, зачем она вообще нужна (сам предмет, а не предмет в качестве помехи) и найти способ обойти. А вовсе не порушить на фиг. Потому что, на «порушить», зуб даю, неприятие просигнализирует опять. В кружевной блузе с ниспадающими воланами рукавов затруднительно заниматься приготовлением шашлыков, но это не повод отрезать рукава у блузы. Можно просто переодеться.
Итак: неприятие есть инструмент, показывающий помехи. А вовсе не кнопка запуска системы разрушения.

Я продолжаю серию поcтов про инструменты. Все они находятся под меткой «инструменты творчества».

Кто задумывается, почему у христиан уныние считается грехом? Не потому, что уныние, дурное расположение духа и недовольство жизнью говорят о слабой вере в Бога. Они, конечно, говорят. И вера, конечно, важна первостепенно. Но смысл – в ответе на вопрос, что такое вера. А вера, между прочим, это механизм, производящий работу, действие. И именно этой работой заряжается внутренний аккумулятор.
Да-да, вера – эта та динамо-машина, которой заряжается источник энергии творчества.
Не суть важно, во что, или в кого человек верит. Можно верить в Творца, или во множество Богов, пекущихся о том, чтобы все было правильно, чтоб благие дела были успешны, а человек, их творящий, получал достойное вознаграждение. Можно верить в себя, свои силы, свой талант, свою правоту. Можно верить в Идею, и служить ей. Важно то, что вера приводит в состояние позитива, дает силы.
Ведь, в подавленном состоянии сил нет. Уныние, депрессия, негатив, – всегда сопряжены с упадком сил, с утомленностью, усталостью. Современный человек принял утверждение, что депрессия – это болезнь, и решил, что болезнь излечима только медициной. Только, это болезнь не тела, а духа, и лекарство от нее – не антидепрессанты, а работа духовная: внимание, интерес, действие, предпринятые с упрямством и вопреки нежеланию.
Есть такие фонарики карманные, которые не имеют батареек. Вместо батарейки в них есть рычаг, на который нужно нажимать, чтоб заряжать аккумулятор. Поработаешь, как ручным эспандером, и будет свет. Хорошая игрушка, иллюстрирующая сказанное выше.
Чтоб были силы творить, нужно работать!

Состояние приятия. Я долго искала слово, точней всего определяющее этот наш внутренний инструмент. Кто-то попробует сказать «любовь», но, нет. Это не любовь. Любовь – она для другого. Любовь – совсем другой инструмент.
Что же это такое – состояние приятия? Это, буквально, добровольное согласие на то, что нечто в вашем мире существует и будет существовать, вы принимаете нечто в свой мир, свою жизнь, и определение места для этого «нечто» в жизненном пространстве. А ваша жизнь – это то место, в котором вы пользуетесь своими внутренними инструментами, ваш… рабочий стол. Отсюда и нужно плясать.
Как бы ни было захламлено ваше обычное, реальное рабочее место, вы регулярно убираете с него мусор и то, чем категорически не пользуетесь. Так ведь? Иначе, работать в какой-то момент становится невозможно. Прибирая рабочее место, выбирая, чему на нем оставаться, а чему вовсе не место, вы и пользуетесь этим самым инструментом, приятием. Нравится – не нравится, комфортно – не комфортно, нужно – не нужно… и так далее. В отношении реального рабочего места все эти оценки имеют эмоциональную окраску, но эмоции редко бывают яркими. Когда же мы наводим порядок в пространстве собственной жизни, мы часто имеем целый букет эмоций и мотиваций в отношении предметов, жизнь захламляющих.
Продолжу аналогию с обычной уборкой рабочего стола. Бывают моменты, когда вас посещает вдохновение, стахановский экстаз, и куча всяких залежавшихся предметов отправляются не в дальние, редко открываемые ящики с мыслью «авось понадобится», а непосредственно в мусорное ведро. При этом, заметьте, в вас кипит веселая агрессия. И часто эта вдохновенная агрессия подвигает вас разобрать и те дальние ящики, в которые в предыдущие уборки сваливалось всякой барахло. И наступает блаженное состояние, в котором уже хочется делать что-то красивое.
В пространстве жизни мы все тоже время от времени устраиваем уборку-ревизию. Выкидываем тонны старых фотографий и «памятной» ерунды, чистим контактные листы и адресные книги в компьютере, даже меняем в доме мебель, или меняем место жительства… Но это все – разгребание небольшого участка, того, что перед глазами. А дальние ящики?
Представьте, что в реальном «дальнем ящике» сдох когда-то любимый, но давно забытый хомячок. А может, все еще живет, кушает время от времени кидаемую жрачку, какает и писает… и воняет. Короче, вы не знаете, жив он там, или уже скончался, но мысль, что у вас есть этот хомячок, вас греет, когда вы сравниваете себя с теми, у кого хомячка нет. Хотя, вам лично этот хомячок на фиг не сдался, и завели вы его только потому, что у кого-то он был и приносил кому-то радость. Или, вас радовал, когда вам больше нечем было заняться. От безделья завели. Вам бы давно его юннатам отдать, но – жалко. Вот он и воняет в дальнем ящике.
В пространстве жизни эти «хомячки» воняют дурными снами, непонятной усталостью, неизвестно с чего возникающими болячками, приступами тоски и скуки и т.п. Это – ваши давние, уже отжившие, но еще зачем-то удерживаемые и поддерживаемые связи, ваши неосуществленные (чаще всего, за ненадобностью, но такие милые!) желания, взятые на себя обязательства, которые никогда не будут выполнены (вы это уже давно поняли в глубине души, но сообщить об этом громко – стремно)…. Сами продолжайте список по аналогии.

Приятие – это волшебная метла, умеющая отделять безошибочно мусор от полезных вещей. Применяется только при подключении к агрессии. Лучше всего применять вместе с вдохновением. И для того, чтобы успешно творить в своем жизненном пространстве, пользоваться этим инструментом рекомендуется регулярно.

Состояние терпения – инструмент, требующий точнейшей настройки. Если другие инструменты можно настраивать «на глазок», приблизительно, то с терпением так обходиться нельзя, – чревато. Ну, сами посудите, агрессия – это огонь, перебор огня, конечно, опасен, но можно отскочить, можно погасить… Вдохновение – воздух. Конечно, сильный ветер может снести крышу, или унести куда-то вместе с крышей, как девочку Элли, но, все равно, как-то не очень страшно. А вот терпение – это земля. И слишком много терпения погребет вас и вашу жизнь, как в могиле. А слишком мало – и огонь не пригасит, когда нужно, и у поверхности почвы не удержит, если ветер силен.
Терпение требует своей меры.
Я всегда была остра и несдержанна на язык. Ну, огня перебор. И бабушка моя настаивала, чтобы, когда из меня прет что-то ляпнуть, я бы сдержалась и досчитала про себя до десяти. А потом уже говорила то, что хотела сказать. Это, как раз, мера терпения. За те пять секунд, что я до десяти торопливо досчитывала, фраза в голове, как минимум, перестраивалась, находились другие слова. А иногда и передумывала говорить и портить отношения. Со временем я и на другие случаи жизни вымеряла свои дозы терпения, всегда тютелька в тютельку.
Очень ценный инструмент в арсенале. Если настроить. Позволяет регулировать силу применения других инструментов и точней прицеливаться.

Вдохновение как состояние тоже можно в себе накручивать, усиливать, что хорошо знают люди творческих профессий. Вдохновенность – это инструмент, позволяющий построить модель действия, которое будет совершено силой. Модель – это не чертеж, или эскиз, или план. Это часто невербализуемое чувственное знание о том, что ты хочешь сотворить. Знание, которое направляет, как невидимая в темноте лабиринта нить Ариадны, помогая сделать верные шаги, выбрать верное направление.
Вдохновение может присутствовать в любом движении души и мысли: в гневе и влюбленности, строительстве и разрушении…. Это – именно инструмент «проектирования действия». Вряд ли в отношении вдохновения уместно применить слово «интенсивность». Но, тем не менее, можно сказать о «высоте полета», т.е., о широте обзора и большей, или меньшей, степени полноты картины той самой модели. Ну и, о том, насколько эта картина вписывается в мир, в жизнь.
Но, говоря о «высоте полета» стоит помнить, что взлетев слишком высоко нельзя рассмотреть детали. А летая слишком низко, не увидишь целого, не говоря уже о возможности гармоничной интеграции этого частного целого в целое большее.
Приблизительно так.

Агрессия как состояние, – это инструмент, позволяющий сконцентрировать силы и совершить действие – отсекающее. В конце концов, убийство – один из способов отсечь человека, а есть и иные. Агрессия кратковременна и разрушительна для того, на кого и на что направлена. Нож резчика тоже отсекает лишнее, обнажая угаданную творцом форму.
Агрессия имеет разную интенсивность, разное напряжение действия, от ярости до легкого раздражения. Агрессия как активная сила может быть неприятной, как враждебность, и приятной, как вдохновенный порыв. Этот инструмент не предназначен постоянно быть включенным. Постоянно включенный «на всякий случай» он приводит к перерасходу жизненной энергии. Нередко оборачивается разрушением для своего носителя.

Эмоциональные состояния – это инструменты действия. И с ними нужно уметь обращаться, и учить этому детей. Философские школы, ищущие пути избавления от эмоций, ищут пути отказа от действия, или, избавления от действия, потому что именно действие привязывает нас к этому миру. А им желанно от мира «отвязаться».
Состояние покоя, – не эмоциональное состояние. Это состояние без эмоций. Для ищущих не-действия это состояние – цель, и они хотят сделать это состояние продолжительным до постоянного. Для меня это – краткая остановка, позволяющая сформулировать новую задачу и подобрать для нее инструменты.

Эмоции, это варианты «настройки» инструмента – эмоционального состояния.
Мне здесь нравится и я не стремлюсь прекратить цепочку воплощений. Мне нравится творить, действовать осознанно и направленно. Поэтому я рассматриваю имеющиеся в моем распоряжении инструменты и изучаю способы их использования. И делюсь своими размышлениями с такими же, как я сама. И приглашаю к размышлению совместному.
Чтобы не устраивать путаницу в комментах, я буду разбирать инструменты по одному. А вы присоединяйтесь.
По мере формулирования еще чего-то, относящегося к рассматриваемому инструменту, я буду дополнять текст постов, чтоб формулировки не терялись в комментах.

Да-да… Половина шестого утра…. Час назад я вернулась домой. Хи.
Вернулась с двумя длинными (2.60) липовыми досками, которые сопровождали нас в гонке по ночному МКАДу. Доски были куплены на старте, в круглосуточном «Твой Дом». Сделаю с этими досками стеллаж для всяких травок – покажу. Вообще-то, мы искали правильный гребень для моего медведя. Гребня не нашлось. В «Доме» не нашлось вообще аксессуаров для зверья. В МЕТРО они куда-то испарились, хотя были. Жалкие флакончики собачье-кошачьих шампуней – не в счет. Но мы целенаправлено проехали весь МКАД, потому что было интересно, где же находится на нем нулевой километр. Разумеется, он находится ровно там, где мы выезжаем из города, направляясь в свою деревню. Ну, а где ему еще находиться, а? Точка отсчета!
Гребня для Дю не нашлось. Зато, купилась плоскошлифовальная машинка немецкая… и почему-то всего за пятьсот рэ, хотя сделано в Кельне и три года гарантии. И все остальные параметры – вполне на уровне. Смешно и приятно, потому что это в три раза дешевле того, что я уже собиралась за нее платить.
В кухне уже готов супчик на курячьем бульоне с брокколи и белыми грибами. Курятину я купила, чтоб сделать жульен с курицей и грибами. Приспичило. Но когда сунулась в морозилку за грибами, оказалось, что и там есть шматки курочки. Запасливая Рысь.
Жульен буду делать завтра. Потому что завтра (сегодня) надо вставать – днем посетитель, вечером урок, ночью урок….

а супчик – под катом