весенняя возня с организмом

Ага! Я же таки включила в своем организме программу на всасывание подкожных накоплений! Сначала было тяжело. Организм привычно хотел жрать через рот. Теперь он въехал, что жратвы много в тушке. И жрет. По всей тушке ощущается покалывание под шкуркой, – растаскивает запасы, просто выгрызает. А свои-то накопления, – они куда энергетичней внешней еды… Теперь нужно намешать из глин маску, чтоб пнуть кожу более резво утягиваться под сокращающийся объем. Не люблю, когда кожа не барабаном натянута, непорядок это.
Солнышка бы еще…. Из всех ингредиентов только солнышко в запасах отсутствует, а оно очень даже нужно….
И еще… надо бы кислорода… Нашла в баллончиках, надо заказать….

 

руны

Перечитываю Using the Runes by D. Jason Cooper. Перечитываю с удивлением. То, что было в поле внимания при первом прочтении, – фоновое сейчас. А в фокусе то, что тогда я едва ли не пропускала, просто просматривала по диагонали, считая очевидным, «общим местом».
Читается на удивление не быстро по времени, потому что через строчку блещут аллюзии на мифы, или даже, мифическую планетарную историю, которая мной-то ощущается весьма живо, с живыми и знакомыми персонажами-участниками. И от этого символы рун впервые очевидно, а не теоретически, приобретают смысл стенограммы процессов.
Трактовки, даваемые автором, не противоречат моему восприятию. Но они очень… скудны, что ли. Как если бы об апельсине сказать только то, что он – оранжевый.
Странное состояние. Удивительно. И обостряется восприятие.
Купила сегодня обнаруженную среди всяких камушков зеленую яшму на крупном серебряном зажиме. Вещица очень старая, непонятно, как попавшая туда. Так же однажды нашел меня рунный браслет.
Слушаю вещицу и нижу для нее нить из бисера и серебряных бусин, давно ждавших своего часа в закромах, и слушаю истории вещи.
Сразу, еще покупая, знала, что буду на обратной стороне гравировать руны. Сейчас они складываются в рисунок. Не защита. Скорее, атака, вскрытая артерия, сила, бьющая фонтаном.
Тоже, странно… загадочно бесцельно пока. Т.е., цель непонятна. Но почему-то важна.

 

Защищено: впечатление

Эта запись защищена паролем. Для её просмотра введите, пожалуйста, пароль:

Пароль:

 

Продолжим о колдунствах

Какой-то период настал, – темы подкидывают нон-стопом.

Очень часто юные, или не юные, особы сообщают (в том числе, в своих письмах мне, письмах с заявкой на обучение) о том, что обладают способностью устроить кучу неприятностей, всего лишь обозлившись. И явно считают эту способность свидетельством своей неимоверной магичности.
Фиг. О магичности это само по себе не свидетельствует.
Куча неприятностей в языке нередко так или иначе ассоциирована с дерьмом, так ведь? Вот, не зря…
Если вам приперло по большой надобности во время прогулки в лесу, где заведений целевого назначения никогда в помине не бывало, вы воспользуетесь кустиком. И даже если ваш знакомый грибник по прошествии некоторого времени наткнется на продукт вашей жизнедеятельности, вы же не станете радоваться, что так классно испортили ему впечатление от прогулки в лесу. Но если ту же кучку вы аккуратно сложите в пакетик и подложите глубокой ночью под дверь своего врага, вы уже можете удовлетворенно потирать руки, радуясь доставленному врагу неудовольствию. Вопросов о вашей способности сделать гадость не возникнет. Возникнет вопрос о ваших вменяемости и культурном уровне.
Вот, со злостью, раздражением и их неожиданными последствиями – то же самое. Ваши раздражение и злость – это, всего лишь, расстройство пищеварительной системы вашего тела эмоций, и ничего другого. Воспитанный человек, испытывая эти симптомы, ищет как минимум “кустик”. А если рядом стоящие (тот, кто вас обозлил, эмоционально именно “рядом”) вляпываются в продукты жизнедеятельности вашего тела эмоций, это говорит вовсе не о мажьей вашей силе, а лишь о том, что вы (пардон май френч) срете там, где стоите. Совсем другое дело, если вы расчетливо подкладываете человеку “какашку” именно заданного качества, цвета и консистенции, т.е., устраиваете ему вполне конкретную, обдуманную неприятность в заранее известной области. (Вопрос о культуре, кстати, и здесь остается.)
Вот так.
Не стоит хвастаться своим неумением пользоваться горшком.

 

***

В продолжение вот этого разговора с dalmar подумалось, что попытка подражания кому-то, желание «быть как кто-то», могла бы быть, вообще-то, завуалированным оскорблением, потому что содержит предположение о чрезмерной простоте этого «кого-то», простоте, позволяющей копирование.
Угу, «могла бы быть», но не становится, потому что тенденция эта присуща лишь неразумным детям и очень глупым взрослым.

PS. Я разделяю «подражание» и «перенимание приемов и способов». Второе – это обучение, результатом которого всегда становится создание чего-то своего.

 

вот, ведь, незадача….

Маму вернули в деревню, Зайцу с Данькой – в Москву. И привезли в Москву заболевшего Дю. Второй ездкой за двое суток.
Полтора года продержался без водянки со своими пороком аортального клапана и миокардитом, и сорвался.
Во-первых, испугался, дурачок, оставшись без привычного внимания и тех, кого считает «своими». Занервничал.
А во-вторых, таблетки его ежедневные и обязательные (поддержка сердца и регулятор давления) попали в него не все, – что-то там мама выплюнутое на полу нашла, прибираясь.
Сложилось одно к одному, и пса мы с Тю вчера привезли прямо в дежурную клинику. Слили из его брюха литра три жидкости. Надо будет еще раз ехать, – остальное сливать. Так еще и затемпературил.
Впихнула сейчас половинку левомицетина, запалила для него свечку синюю, – будем посмотреть. Носом сопит сильно, но, вроде, начавшийся отек с легких согнала. В начале ночи в легких хлюпы были, сейчас, вроде, нет. Там сипит что-то, но избытка жидкости не слышно. По дороге, в машине, кашлял. Сейчас не кашляет.

Была у меня мысль его вместе с мамой в Москву тащить, но я эту мысль, дура, похерила.
Вот, теперь играю в рулетку, – выдержит сломанное сердце второй капитальный стресс, или не выдержит.

Выводы:
1. Если мысль приходит, надо ей уделять внимание. Обдумывать ее надо. Может, не зря зашла….
2. Америкосы правы со своей системой алиментов «обеспечить существование не хуже того, к которому привык». Нельзя существо, всегда чувствовавшее любовь от тех, кто рядом, лишать этого чувства даже на пару дней. По крайней мере, существо слабое.
_________________________________

Тю получила зачет по скоростному разгону пробок в Балашихе в воскресенье вечером. Я занималась псом, а дорога была полностью на ней.
И на автогонки ее можно смело отправлять. Неслась, будто не джип, а спортивный кар, закладывая виражи между другими машинами. И при этом так плавно, что Дю так и не получил шанса свалиться с заднего сидения, хотя крутился.

 

В продолжение темы о колдовках

То, что я пишу, я пишу исключительно о женщинах. Возможно, у мужчин это по-другому, – не знаю.

Что мы знаем о колдовках – ведьмах, колдуньях, волшебницах? Не о том, как они пляшут у костров, а как они живут? Ведь, плясать у костра, напялить подходящий наряд, обвешаться всяческими финтифлюшками и умно рассуждать “про магию” может любая, а колдовка, все же, не любая.
У колдовки всегда все получается, если ей нужно, чтоб оно получилось!
Если она снизошла до приготовления пищи, то это будет как минимум просто вкусно… если она снисходит до кухни крайне редко и не слишком любит эту часть жизни… если она это сделала по обязанности, оторвавшись от более интересных дел. Во всех остальных случаях это будет варьироваться между “очень вкусно” до “сойти с ума и к черту приличия, – дайте все!”.
Во что бы она ни оделась и как бы ни выглядела с ее точки зрения, ей всегда полетят вслед женские взгляды, жаждущие запомнить, чтоб попытаться повторить, или, как минимум, светящиеся жаждой выглядеть столь же привлекательно. Про мужские взгляды я и говорить не стану, – ими, как лепестками роз, усыпан ее путь, даже если она просто выскочила за пивом и сигаретами.
Любимые колдовками вещи, или, вещи, им нужные очень, живут долго и долго сохраняют вполне презентабельный внешний вид. Вообще же, вещи любят “приходить” к колдовкам всеми возможными и невозможными путями. Во-первых, наверное, потому, что вещи тоже хотят жить долго. И, во-вторых, потому, что колдовки легко расстаются с вещами, если объявляется более подходящий для вещи хозяин.
Даже самые меркантильные колдовки никогда не бывают жадными. Жадность не сочетается с мажьей силой. И мажья сила всегда исчезает оттуда, где поселяется жадность. Собственно, и люди бегут оттуда, где обосновывается жадность, оставляя жилище этой пакости в одиночестве. А колдовки никогда не испытывают дефицита внимания и общения.
Дети, родственники и звери в присутствии колдовок болеют раз в год по обещанию, даже вопреки медицинским показаниям, а если болеют чаще, то, значит, ей самой зачем-то нужна их слабость (обычно, она просто не удосужилась придумать другой способ решить какой-то вопрос). Это, порой, создает проблему необходимости присутствия, поэтому, колдовке проще “навесить” здоровья впрок.
Кто-то думает, что колдовкам живется хорошо именно потому, что они обладают той самой мажьей силой. И что их жизнь богата событиями и интересна тоже из-за наличия мажьей силы. И эти “кто-то” изо всех сил хотят стать ведьмами, колдуньями, волшебницами.
Фигня это. Все ровно наоборот.
Я повторю: у колдовки всегда все получается, если ей нужно, чтоб оно получилось! А почему? Да, потому, что она все видит, всем интересуется, ей до всего есть дело. И она всегда интересуется несколькими вещами одновременно. Она может жарить мясо, красить окно и сочинять статью одновременно. И мясо не пригорит, ценные мысли не забудутся, а окно будет покрашено (только окно, а не все вокруг, включая сковородку с мясом), потому что ей интересны все три занятия и все три великолепных результата. Для себя интересны, а не для того, чтоб кто-то увидел и обалдел. Этим она станет (если станет) интересоваться, когда все будет сделано. Это будет следующее дело в веере других дел.
Колдовка открыта миру. Она мира не боится, она им заинтересована. Не в плане «что я могу оттуда получить?», а в плане «а как тут все устроено?». А раз она открыта, через нее мир пропускает такое количество энергии, что при самой слабой искре колдовских способностей можно творить чудеса.
Вы хотите быть колдовкой? Вы очень-очень хотите быть колдовкой, и это ваше самое страстное желание?
Я вас огорчу, – у вас ничего не получится. Просто потому, что не нужно быть колдовкой для того, чтоб быть колдовкой. Это даже звучит глупо.
Возможно, в вас где-то спит настоящая искра мажьих способностей. Но ее никогда не раздуть с целью ее раздуть. Вы не барон Мюнхгаузен – тащить себя за волосы из болота.
Так что, не парьтесь на тему “стать ведьмой”. Займитесь чем-то полезным. Может, само разгорится. А если и нет, то, в любом случае, вы не зря потратите время.
________
Сестры-колдовки! Вы со мной согласны?

 

мысли вслух

Женщины-колдовки (ведьмы, колдуньи, волшебницы), легко опознаются даже тогда, когда они сами не подозревают о живущей в них мажьей силе. Узнать колдовку можно по месту ее обитания, постоянному ли дому, или кратковременному пристанищу, – месту, где она обустроилась, похозяйничав. Не похозяйничать, обустраиваясь хоть на ночь, колдовка не может, – просто, не может, как не может не дышать.
А там, где колдовка похозяйничала хоть чуть, ей никогда не придется уговаривать кого-то «посидеть еще».
Колдовки быстро организовывают пространство вокруг себя, гармонизируют его так, что любой, зашедший на пять минут по делу и приглашенный присесть, готов сидеть-гостевать, пока ему уж совсем не нужно будет бежать куда-то сломя голову (чтоб уж не совсем сильно опоздать), или пока хозяйка сама не намекнет, что гостю пора и честь знать.
При этом, совершенно неважно, какого качества само жилище, его обстановка, присутствует ли там порядок, или «черт ногу сломит». Там просто уютно. Колдовка для себя нуждается в уюте, ладе вокруг себя. Она испытывает дискомфорт в неживом, неодухотворенном пространстве, и оживляет его, не задумываясь.
Обилие женщин, от природы своей обладающих способностью создавать уют там, где они только присели отдохнуть, подтверждает распространенность мажьей силы среди женщин. Еще более это подтверждает наличие женщин, неспособных к этому совершенно.

 

Ножницы (рабочее)

Люди хочут чуда! Ну, все, приходящие к нам, совершенно точно его хотят. И оценивают наш труд по степени чудесности своих переживаний.
С точки зрения клиента, если, выходя от кого-то из нас, он чувствует необыкновенную легкость, озаренность, свежесть, значит, деньги отданы не зря. И чем выше степень этой легкости и озаренности, тем больше «не зря». И, зная это, маги и колдуньи впахивают, вычищая своих клиентов до той самой легкости. А зря.
Потому что, это – хреновая работа. Из рук вон плохая работа, – когда вот этот полет и озаренность. Раз есть эта эйфория, значит, мы вычистили почти дочиста. Ага. Только, вычистив, мы оставили пустоту. А за два-три- даже за пять часов работы нельзя научить заполнять эту пустоту чем-то нужным. Пустота есть, почти стерильная. Но она, пустота, «по форме и формату» того самого дерьма, что мы вычистили…. И именно им она и начинает заполняться практически немедленно.
Т.е., качественная работа,- это настройка внутренних механизмов «пациента» на постепенное замещение своего дерьма на свое же позитивное, а вовсе не тотальная чистка авгиевых конюшен. Однако, такая настройка не производит немедленных эмоциональных эффектов, не дает ощущения чуда. «Пациент» не слишком понимает, за что он заплатил, а постепенно развивающееся улучшение потом более склонен посчитать естественным развитием событий – «хоть и ходил по всяким, но прошло, в конце концов, само».
Ножницы, однако…. Работать, или зарабатывать.

PS. Вышесказанное не относится к пациентам из числа «своих», разумеется.
Поэтому, я не люблю работать с теми, в ком не чую их собственной магичности.

 

Колдунское

Именно сейчас захотелось поколдовать на бобах. Наверное, потому, что последние месяцы были уж очень явно липко-тяжелыми, темными.
Достала мешочек с черными бобами, закидала в воду и подождала, чтоб намокли. Невсхожие плавать остались, всхожие утонули. Вот с ними я теперь и колдую. С ними и пучком разноцветных ниточек. Ну и с землей. В землю намешала угли прошлогодних костров, песок, взятый у моего камня-алтаря в деревне и землицы из моего леса – с остатками иголок сосновых, веточек каких-то… Когда с бобами закончу, насыплю землю в красивый горшок и посажу в него бобы.
А бобы, чуть влажные, лежат в чуть влажной салфетке.
Пока занимаюсь всякими разными делами, – по дому, гороскоп дописываю для журнала, семинар готовлю, – тихонечко внутри себя выискиваю, что же было не только в прошедшем году, но и вообще за последние годы такого, чтоб камушком в башмаке могло остаться, и бежать не дает. Как нахожу такой камушек, оставляю дела, беру один из бобов и придумываю, будто это не камушек, а семя, и что хорошее, полезное, радующее может из этого семени вырасти. И камушек становится этим бобом. Потом аккуратно обвязываю боб цветной ниткой, чтоб запомнилось в нем, что это за камушек-семя. И откладываю.
Вот, закончу собирать семена, посажу, – прорастут. Тем, что заложено, придумано.
Красиво будет.